Владимир Янке. Книга «Дыханье музыки»

Содержание   Об авторе   Отзывы о книге
Скачать первую версию книги (в формате pdf)
Скачать окончательную версию книги (в формате pdf)



ДМИТРИЙ  ШОСТАКОВИЧ
В  4-х  ПРЕЛЮДИЯХ


Прелюдия №1


Это только в начале – Азбука,
И восторг от корявых строк
Первых пьес,
                            что приходят праздником,
От того, что диктует слог
Горизонт,
                     и что он высок.
От оваций
                     и прочих разностей.
От надежд,
                        что лукавят, дразнятся –
Мол, вот-вот, и весь мир у ног.


Это только в начале праздники,
Это только в начале Аз-Буки…


А потом подступает МУЗЫКА,
И тебе не хватает воздуха,
И тебя,
               да без сна и роздыха,
Как под ток,
                         как под щок,
                                                   под каток.
И душа твоя заскорузлая
Получает свой первый пинок I урок
                                                             I рывок
                          И итог –
                         Призван!






Прелюдия – (от латинского prae… — перед и ludus — игра) небольшая музыкальная пьеса, преимущественно одного настроения. На начальном этапе возникновения жанра прелюдии предшествовали пьесам более развернутым и сложным. Дмитрием Шостаковичем написано 24 Прелюдии и Фуги для фортепиано, посвященные Иоганну Себастьяну Баху. 1951 год.



Прелюдия №2


Был призван музыкой на службу
Годков семи или восьми,
Спокойно, ровно, ненатужно
Шел где-то лет до двадцати,
До Первой,
                       той, что пронеслась
Над миром вестью –
                                          мол, в России
Явленье чуть ли не мессии –
Мальчишка-гений.
                                      Началась
Его эпоха.
                     В двадцать лет!
Биографы рисуют след
От Первой.
                     Первая рубеж:
Мир ясен, юн, красив и свеж.
Он – знаменит.
                               Еще не бит
Он властью, критикой.
                                              Обласкан
Он властью, критикой.
                                              Прекрасно
Всё.
        Он – знаменит.
                                       Еще не бит.
Всё ясно, молодо и мило.
И, вдруг,
                    внезапно накатило –


                    Кто я?


Да в чем мое предназначенье?


Какой быть музыка должна,
Чтоб мир услышал в ней себя?
Быть может, мой успех – везенье?
Банальный случай, да судьба?


И вновь по кругу –
                                       Так, кто я?
И в чем мое предназначенье?
Крутилась эта ворожба
И день, и ночь,
                               сводя с ума.


Так исчезал мальчишка-гений,
С его наивностью,
                                     улыбкой
Невинной,
                   робкой,
                                 смутной,
                                                 зыбкой.
Так мир обрел Творца, чья воля
Кромсала музыку до боли,
Когда кричали времена,
В которых жил он.
                                      Дар Творца,
Дар хронописца,
                                  мудреца
Развоплотил он до конца.
Такого дикого смятенья
Мир музыки еще не знал,
Такого диссонанса,
                                       тленья,
Страданья и сопротивленья,
Мученья,
                  духа униженье…
Двадцатый век – во весь оскал.
Убийца век.
                         Девятый вал,
Едва не снесший мир.
Финал Творец не дописал.
Устал.
             Ушел до срока.
                                           Но успел
В своей судьбе поставить точку –
Пятнадцатой.
                          Вполне, бессрочной.
Бессмертной.
                          Уводящей в смерть
Спокойно, тихо.
                               Так пропеть
Про смерть, как он –
                                            не смог никто.
В Пятнадцатой есть то окно –
Творец чуть приоткрыл его –
Куда нам заглянуть дано,
И отойти.
                   Вздохнуть.
                                        И сесть.
Поверьте, что причина есть –
                       Вздохнуть.
                        И отойти.
                          И сесть.




Прелюдия №3

Д. Шостакович создал
15 симфоний и 15 квартетов.


Пятнадцать симфоний.
Пятнадцать квартетов.
В них исповедь века.
Почти нет в них света.
В них кровь революций.
В них бойни и войны.
В них много вопросов.
В них мало ответов.
В них весь Шостакович.
Творец.
И не воин.


В них он саркастичен,
                                            пронзителен,
                                                                       горек,
Почти не лиричен,
                                      а, впрочем, лиричен,
Но как-то в надломе,
                                          как будто бы споря,
Что нежность, улыбка – сугубо вторичны.


Пятнадцать симфоний.
                                               Пятнадцать квартетов.


Над ними –
                          лицо озверевшего века,
За ними лицо –
                                  не нашедшего Бога,
Лицо Шостаковича –
                                            страшная мета
Трагедии Мастера.
                                       Мета.
                                                   И веха.


Мальчишки лицо, потерявшего Бога.


Пятнадцать симфоний,
                                               пятнадцать квартетов,
В них всё недожито,
                                        в них всё недопето,
В них он – композитор – единственный в мире,
К кому применимо –
                                             он мира не принял.


Но это не значит,
                                   что жизнь не любил он,
Но это не значит,
                                   что мир не любил он,
А, впрочем, все это –
                                           и боль, и секреты,
Мечты и вопросы,
                                       мечты и ответы,


Всё это


Пятнадцать симфоний.
Пятнадцать квартетов.
Пятнадцать историй.
Пятнадцать заветов.
В них исповедь века.
Почти нет в них света.
В них кровь революций.
В них бойни и войны.
В них много вопросов.
В них мало ответов.
В них весь Шостакович.
Творец.
И не воин.




Прелюдия №4
Формула Шостаковича








Сердечко красного цвета                      
Сердечко черного цвета                      
Скрипичный ключ  -------------------------------------------------------   =  DSCH
ХХ век   +Пёрышко  +     Наручники               







DSCH – мотив-монограмма Дмитрия Шостаковича. Обозначает ноты ре – ми-бемоль – до – си. Мотив композитор использовал в восьмом квартете, который назвал Реквиемом самому себе.
Дмитрий Шостакович. Ноты


Предыдущая страница
282 - 287
Следующая страница

Лого-стихо-музыко-книга «Дыханье музыки». «Книга создана при содействии случайностей, необъяснимостей, странностей, а также благодаря благосклонности Высших сил и Судьбы. Коим я и благодарен», пишет автор книги калининградский музыковед Владимир Янке.

Электронная версия книги Владимира Янке «Дыханье музыки» (Ассоциации), 2011 год, опубликована на музыкальном сайте «РЕТРОпортал.ру» с одобрения и разрешения автора.

Основу книги Владимира Янке «Дыханье музыки» составляют стихи и эпизоды, написанные в разные годы жизни. Окончательно монтировалась и дорабатывалась книга на переходе нулевых годов в десятые 21 века.

Автор благодарит создателей и участников Википедии, часть изображений из которой использованы в данной книге. Как, впрочем, и отдельные уточняющие факты.

Яндекс.Метрика